Однажды я проснулась глупой куклой

Любой поэт, уж если настоящий он поэт,Любовью к Мирозданию испытан. К нему протянет нитью всех сердец волшебный свет. Неважно, что останется забытым. В его игре, уж если я решусь игрой назвать,То действие, в котором обратимо,Из света и теней, обретших Словом плоть и стать,Прообраз жизни пишется незримо.